Выборка по метке: "Попаданцы во времени". Страница 62

Виктора Ковалёва списали в сорок три года: три подписи, вежливый полковник, «вы своё отвоевали». А потом он очнулся в воронке под июльским небом сорок первого — двадцатитрёхлетним лейтенантом с двумя ногами и чужим круглым почерком с наклоном влево. Впереди четыре года работы, которую он умеет делать лучше всех вокруг.

На дворе 1987 год. В Японии Сашка побывал, кучу всего нужного привез, знакомства новые заимел. Да и в Магадане связи немалые образовались. Осталось закончить практику и начать продвигать новые возможности в жизнь, тем более, что их появилось масса.

В предреволюционную Россия попал наш современник. Не боец спецназа, не гениальный врач, не ученый-знаток всех наук. Не рабочий-виртуоз, не даже грумер (хотя с двумя грумерами и был знаком). С двумя дипломами о высшем образовании… впрочем, единственное, на что они годились, так это на украшение стен в дачном сортире.

Но когда жизнь заставляет, любой нормальный человек постарается хотя бы с голоду не помереть, и чаще всего ему это удается все же сделать.

А вот что еще такому человеку удастся сделать, при условии, что он вообще ничего полезного делать не умеет… Ну да, не умеет, но он знает, чего нужно хотеть. А научиться нужному делу – так время для этого есть. Немного, но… достаточно.

Опять попаданец. Опять в прошлое. Только, все уважающие себя герои, попадают в точки бифуркации истории. Этот же попал в то время, когда уже все решено и ничего нельзя изменить. Территория бывшей Российской империи. 1918 год.

Он определился со стороной, но так и не смог заставить себя делить людей исключительно по классовому признаку. Знание будущего заставляет его искать свой путь. Поэтому Чур с одинаковой легкостью может закатать в морду как за призывы к мировой революции, так и за призывы к уничтожению Советов. Наверное, из-за этого и людей в батальон подбирает себе под стать, отталкиваясь лишь от личных качеств человека. И там уже плевать, кто это – бывший барон или вчерашний крестьянин. А кому не нравится такой подход, что же…

Умер? Думал отоспишься? Угадал. Но спать недолго, ведь ты теперь Георгий Александрович – второй выживший сын Александра 3, а на дворе конец XIX века. И пока ты «кукуешь» на Кавказе, страна со скоростью и упорством взбесившегося локомотива несется в пропасть.

Что делать?

Заклинать дух машины, разумеется. Добрым словом и револьвером. Ну и дружеским пинком, куда уж без этого.

Погнали!

В игре, где все соблюдают правила, побеждает тот, кто первым решится их нарушить.

Вот вляпался... Той самой картины с обезумевшим Грозным и убитым сыном больше не будет. Я, простой в общем-то ветврач, умудрился изменить историю. Теперь нужно выжить на конном дворе и навести там порядок. Но для начала надо бы от царского гнева уберечься. Прогрессорство? Надо подумать...

Не ведьма, а клинический психолог в теле обманутой жены. За семейными тайнами скрываются интриги государственного масштаба, и непростые личные отношения, зажатые рамками приличий патриархального общества. Развод невозможен, свободы выбора практически нет и мне предстоит балансировать на лезвии ножа в жестоком противостоянии царицы и фаворитки Его Величества. Помочь Её Величеству — значит обрести призрачный шанс на своё счастье, но примет ли царь замыслы своей супруги? Альтернативная Россия конца XIX века, детектив, любовный треугольник, немного психологических терминов и разборов, расследования, тайны, интриги. Мистика (не магия). Финальный, судя по всему, том)

Попал в оперативника МУРа, да и начальник ещё какой-то Крид. Ну а мне теперь как-то жить в СССР образца 1951 года и по возможности не спалиться и хоть как-то интегрироваться в это новое и такое чуждое мне общество советских людей и непривычной интеллигенции. Ну а работать придётся, как всегда, с ворьем и прочими около криминальными элементами.

Иван Чернавский расследует убийство старого знакомого. А заодно влипает в другую передрягу.