Выборка по метке: "Альтернативная история". Страница 680

Я нырнул в реку в двадцать первом веке, а вынырнул в восемнадцатом. В одних трусах, без документов и денег. Деревенский староста сдал меня в рекруты вместо своего сынка, и вот я уже стою перед строем, привязанный к ружью, а по спине бьют шпицрутенами.

Сто ударов за снятый парик. Добро пожаловать в русскую императорскую армию.

Я не привык, чтобы меня держали за бесправную скотину. Я знаю, что будет дальше: Гросс-Егерсдорф, Цорндорф, взятие Берлина. Только в учебниках не написано, доживу ли я до этого момента.

Из рекрута — в офицеры. Из грязи — в дворяне. Через кровь, муштру и порох. А премьер-майор Рамзай ответит за мою изувеченную спину.

Алексей Кириллов погиб, спасая рабочего. Очнулся — в 1987 году. Снова восемнадцать лет. Молодость. Гостиница «Юность». И повторяющийся один и тот же день. Снова и снова 26 июля . Петля времени. Вокруг — СССР, который не отпускает: комсомол, очереди, видеосалоны, КГБ, Перестройка. А ещё — девушки, которые смотрят так, что забываешь, зачем хотел выбраться. Алексей не святой. Он — продукт нашего времени: немного эгоист, раздолбай, человек, который хочет всё и сразу. Он быстро понимает, что петля времени даёт много возможностей. Но ему придется прожить не одно 26 июля 1987 года, чтобы понять: некоторые удовольствия — это ловушка. А его действия имеют последствия.

 Вадим – хирург и микробиолог, попавший волей судьбы в Петербург 1904 года, в тело медицинского секретаря, работающего у богатого врача-мошенника. …Во дворах-колодцах тускло горят газовые фонари. Конки уступают дорогу первым автомобилям. Грязь и роскошь, наука и спиритизм, красивые женщины и фанатики-террористы. Медицина коррумпирована. Врачи используют лечение электричеством, кровопускания, «золотые уколы», магнетизм, гипноз, радоновые ванны и много чего еще. Ростки настоящей науки с трудом пробиваются сквозь привычки и суеверия.

Первый год войны позади. Гросс-Егерсдорф окончился победой на поле боя и позорным отступлением из Пруссии, а я получил капральские галуны и новые проблемы на свою голову.

Впереди - Цорндорф.

Умереть после спасения чужой жизни — не самый плохой финал для врача.

Всю свою жизнь я посвятил медицине. Последняя операция стала для меня одновременно победой и приговором — прямо у хирургического стола меня настиг инфаркт.

Но вместо смерти я очнулся в теле молодого дворянина Михаила Салтыкова в Санкт-Петербурге 1805 года. Новый мир встретил меня долгами, дурной репутацией, чужими ошибками и медициной, которая отстаёт от моих знаний на два столетия.

Теперь мне предстоит заново завоевать доверие окружающих, найти своё место в Российской Империи и доказать, что настоящий врач способен менять человеческие судьбы в любую эпоху.

В мире, где ещё не знают о микробах, современных операциях и большинстве болезней, я получил второй шанс.

И упускать его я не собираюсь.

Вадим – хирург и микробиолог, попавший волей судьбы в Петербург 1904 года, в тело медицинского секретаря, работающего у богатого врача-мошенника. …Во дворах-колодцах тускло горят газовые фонари. Конки уступают дорогу первым автомобилям. Грязь и роскошь, наука и спиритизм, красивые женщины и фанатики-террористы. Медицина коррумпирована. Врачи используют лечение электричеством, кровопускания, «золотые уколы», магнетизм, гипноз, радоновые ванны и много чего еще. Ростки настоящей науки с трудом пробиваются сквозь привычки и суеверия.

Вадим – хирург и микробиолог, попавший волей судьбы в Петербург 1904 года, в тело медицинского секретаря, работающего у богатого врача-мошенника. …Во дворах-колодцах тускло горят газовые фонари. Конки уступают дорогу первым автомобилям. Грязь и роскошь, наука и спиритизм, красивые женщины и фанатики-террористы. Медицина коррумпирована. Врачи используют лечение электричеством, кровопускания, «золотые уколы», магнетизм, гипноз, радоновые ванны и много чего еще. Ростки настоящей науки с трудом пробиваются сквозь привычки и суеверия.

Вадим – хирург и микробиолог, попавший волей судьбы в Петербург 1904 года, в тело медицинского секретаря, работающего у богатого врача-мошенника. …Во дворах-колодцах тускло горят газовые фонари. Конки уступают дорогу первым автомобилям. Грязь и роскошь, наука и спиритизм, красивые женщины и фанатики-террористы. Медицина коррумпирована. Врачи используют лечение электричеством, кровопускания, «золотые уколы», магнетизм, гипноз, радоновые ванны и много чего еще. Ростки настоящей науки с трудом пробиваются сквозь привычки и суеверия.

Первый шаг на пути к большому спорту сделан. Герой наконец понял, как функционирует Система и с головой решил окунуться в подготовку спортсменов. Из физрука Бауманки в тренера сборной России, неплохой карьерный рост.

Только вот остальная жизнь не желает становиться на паузу. Созданный им центр требует внимания, упускать личную жизнь тоже плохая идея и теперь главный вопрос: Как разорваться на десятки маленьких Смирновых, чтобы всё успеть?

Он не помнит ни своего имени, ни прошлого. Только тёмный лес, чужой дом и рукопись человека, который оказался здесь раньше него.

Не ходить в лес ночью. Не спускаться в темноту без света. Бояться тех, кто выглядит как человек, но человеком уже не является.

Поначалу кажется, что главное — просто пережить следующую ночь. Но очень скоро становится ясно: этот мир гораздо больше, чем один мёртвый город и существа, приходящие из темноты. Здесь исчезают и появляются целые куски реальности, встречаются люди, которым тоже не место в этом мире, а прошлое самого героя оказывается связано с происходящим куда сильнее, чем он мог представить.

Чтобы понять, куда он попал, сначала придётся вспомнить, кем он был.