Выборка по метке: "Современные любовные романы". Страница 420

Давайте представим. Анастейша ушла от Кристиана и больше не вернулась. Он тоже решил, что не может портить ей жизнь. Прошло пять лет. Ана ведущий редактор английского издательства, возвращается в Америку и заключить контракт. Там она узнает, что ее сводная сестра влюбилась в Кристиана Грея. И бывшие любовники понимают, что не могут друг без друга. Да еще и бывший Аны против, саба Кристиана строит интриги, вернулась ненавистная миссис Робинсон. Что делать Анастейше? Что делать Кристиану?

Элизабет Тэйт - талантливая фигуристка, которой предстоит защищать честь Соединённых Штатов на олимпиаде в Сочи. Элизабет вместе со своим тренером Ванессой Дойч готовят программу для одиночного катания на играх, однако Ванесса бросает Лизбет, когда до олимпиады остаётся всего несколько месяцев и тогда девушке приходится искать себе нового тренера, котором становится умопомрачительно сексуальный, но властный и категоричный Амон Гёт.

Она думала, что ступила на путь славы. Лола Встреча с Дрезденом Гэлифаксом должна была всегда оставаться только в моих мечтах. Но грёзы должны быть сладкими, хрупкими созданиями, уносящими тебя далеко-далеко. У чудовищ нет сильных рук, нет крайне возбуждающего голоса, мощь которого разрывала меня изнутри, на части, прямо на месте. И, возможно, моё сердце тоже… Стать гитаристом в «Four and a Half Headstones» было пределом моих мечтаний. Но, к несчастью, солист группы сделал всё возможное для того, чтобы разрушить всё, что у меня было. Он думал, что она — решение всех его проблем.  Дрезден Лола, будь она проклята, Купер. Она — превосходный гитарист, её пальцы могли из ничего создавать прекрасную песню, задевающую самые глубинные струны души. Она должна была спасти мою группу, чтобы мы прошли через испытания этого турне, оставшись целыми и невредимыми… Но я просто хотел разорвать ЕЁ в клочья. Никому не дозволено вызывать во мне такие чувства. Однажды взглянув на неё и ощутив её запах, я сразу понял, что она должна принадлежать мне. Он сделал со мной нечто такое, от чего у меня от страха мурашки по коже. Она вызывала у меня желание впечатать её в стену и прислушиваться к её мольбам: страстным или от испытываемого страха — для меня это не имело значения. Я — монстр… И меня всё это не волновало.